Феликс Чечик

 

 

С земного на потусторонний...

 

 

 

 

 

* * *

 

Говорить на весеннем, на птичьем,

на оттаявшем языке,

и, своим поступившись «величьем»,

стать воробышком в детской руке.

 

От любви и от страха зажатым

чуть не до смерти. И, не дыша,

дорожить равновесием шатким,

как последним причастьем душа.

 

 

*  *  *

 

Говори, если сердца не жалко,

всё равно не удастся сберечь:

от платочка и до полушалка

простирается русская речь.

 

Этот синенький скромный платочек,

эта шаль, поменявшая пол…

И колеблемый между строчек,

обжигающий сердце глагол.

 

 

Спальный район

 

1

 

Надкусанного тыблока

незрелый аромат

я нёс домой из Свиблова

и был, как мальчик, рад.

 

Я нёс домой в Нагатино

и счастлив был, как бой,

прекрасная кислятина

надкусана тобой.

 

2

 

Руки в стороны, и полетели.

И летим мы с тобой наяву,

как во сне, не вставая с постели,

и печально глядим на Москву.

 

Муравейник. Помойная яма.

Ад кромешный. Исчадие зла.

Сделай, Господи, так, чтобы мама

нас по новой в Москве родила.

 

3

 

лёгкости не хватало

чтоб улететь навсегда

вереска и краснотала

у городского пруда

времени для завершенья

для закругленья углов

и поднебесное пенье

окольцевал птицелов

 

 

*  *  *

 

Легко ли? сказала левкоя,

без отдыха благоухать,

не зная ни сна, ни покоя

отравленный воздух вдыхать.

 

Вдыхать, выдыхая, и снова…

Довольно! Легко…Нелегко…

Не скиснешь! сказала корова,

имея в виду молоко.

 

 

*  *  *

 

Вничью завершилась любовь.

Ты ничья. Я ничей.

Остывает горячая кровь,

как впадающий в речку ручей.

 

Растворился в реке навсегда.

Но темна мелководная муть.

Однородная масса. Вода.

Покрасневшая только чуть-чуть.

 

 

*  *  *

 

Этак можно бесконечно

час за часом, день за днём:

по течению беспечно

плыть, как лодка, кверху дном.

 

Плыть любви и жизни мимо,

видеть только мрак и тьму,

и приплыть…к тому, что мнимо

и не нужно никому.

 

 

*  *  *

 

Не вспоминать начала,

не думать о конце…

Но чья-то смерть кричала

в расплавленном свинце.

 

Скорей бы затвердела

и форму обрела,

и незаметно в тело

пришла путём ствола.

 

 

*  *  *

 

До 47-и не дожил,

но смерть от домочадцев скрыл,

лишь птиц полночных растревожил,

что в переводе воспарил.

 

И рай весенний, грай вороний

и тишина летейских вод

с земного на потусторонний

почти буквальный перевод.

 

 

*  *  *

 

Просьба: только не трогать руками,

по возможности реже дышать,

и судьбе, привередливой даме,

не мешать приговор оглашать.

 

Окончательный… Не подлежащий…

Поклянись на небесном УК,

чтоб под камень текла под лежачий

не вода, но забвенья река.

 

 

*  *  *

 

Для вас…А для кого же?

Не для себя же…А?

Бегут, бегут по коже

мурашками слова.

 

Любви и долга пленник,

как муравей в лесу,

построю муравейник

и спичку поднесу.

 

 

ИЗ ЦИКЛА «ПОСВЯЩЕНИЯ»

 

*  *  *

 

А. Алешковскому

 

Исповедуясь перед

тонкой книжкой стихов,

мальчик искренне верит

в отпущенье грехов.

И тяжёлая лира

сквозь забвенье и тьму

от больного кумира

переходит к нему.

 

 

*  *  *

 

Эвелине

 

Ты действительно думаешь, что

проживёшь без меня, дорогая?

Что уйдёшь налегке, без пальто,

улыбаясь, из нашего рая.

Понадеялся, что не уйдёшь.

Просчитался. Ушла в самом деле.

И тебе аплодировал дождь

посреди января и метели.

 

 

*  *  *

 

Ю. Новиковой

 

В реку войди по грудь,

«sorry» скажи любви,

воду не взбаламуть,

лилию не сорви.

Судорогой сведёт,

и не раскроешь рта

близость летейских вод,

вечная немота.

 

 

*  *  *

 

жене

 

Подняться над собой,

как если бы над бездной,

растаяв в голубой

безбрежности небесной.

И зацветает медь,

и воду лижет пламя,

где ласковая смерть

склоняется над нами.

 

 

*  *  *

 

Соне

 

Опорожняя мирозданье,

приняв как следует на грудь,

забей с самим собой свиданье

и о свидании забудь.

И не приди. Пускай поплачет.

Пускай узнает, что почём…

А пустота уже маячит,

заклеенная сургучом.

 

 

*  *  *

 

Н. Богатовой     

 

Прикинуться, присниться

гербарием, трухой,

балдея на странице

548-й.

Сухой былинкой мака,

как капелькой огня;

и ни одна собака

не вспомнит про меня.

 

 

*  *  *

 

Д. Новикову

 

Всё сошлось. Перепроверили.

Разве только что чуть-чуть.

И в небесной бухгалтерии

штамп поставили на грудь.

И такую расчудесную

жизнь вставанием почти,

разрывая клетку тесную,

как рубаху на груди.

И навеки обречённое

не увидеться с тобой

сердце выпорхнуло чёрное,

тая в дымке голубой.

 

 

*  *  *

 

Ю. Гуголеву

 

И не очень-то надо,

Проживу ничего

без Нескучного сада,

листопада его,

без сентябрьского ветра,

без рябины и без

тихой музыки «ретро»,

что струится с небес,

той, что сны навевает

золотые и не…

Первым снегом растает

грусть-печаль о стране.

В стороне от победы,

от тоски вдалеке,

в направлении Леты

по Неглинной-реке.